Телефон "мобильного корреспондента"
+7 (39151)7-88-45

Главная - Среда обитания - Место под солнцем. Вся правда о работе вахтой на Крайнем Севере

Место под солнцем. Вся правда о работе вахтой на Крайнем Севере

Вернуться

Жить хорошо! А хорошо жить – ещё лучше! Как бы нам ни преподносили, что получать кайф можно и от богатой духовной пищи, но всё равно хочется вкуснятинки. Как бы ни внушали, что и в рубище почтенна добродетель, но красивая одежда всё же придаёт уверенности. Бесспорно и то, что в уютной отдельной квартире силы восстанавливаются лучше, чем в общаге или бараке. 

 

Взять для примера наш город. Попробуй найти место бухгалтера хотя бы с 15-тысячным ежемесячным содержанием. Тем, кому не посчастливилось попасть на нефтеперерабатывающий завод, железную дорогу, стать прокурором, судьёй или большим чиновником, обеспечена мелкая бюджетная зарплата, а то и вовсе «серые» гроши за рабский труд на новоявленных господ.

 

И где искать выход? Жизнь даётся один раз. И так не хочется прожить её мучительно трудно! Вот и ищут люди своё место под солнцем, даже на Севере во время круглосуточной полярной ночи. В основном это те, кто клюнул на одно из многочисленных объявлений о наборе вахтовиков, которые крутят в бегущих строках телеканалов. Сегодняшний мой собеседник Юрий ИВАНОВ отработал таким способом уже больше десяти лет.

 

 

 

Шарашкина контора

 

 

– Такие объявления – это ловушка для лохов, – с уверенностью говорит Юрий. – Серьёзные организации подобным образом сотрудников не набирают. В их отделах кадров хранятся резюме десятков соискателей на каждую должность. В надёжных фирмах смены вахтовиков много лет держатся одним и тем же составом. А такие объявления по телеканалам крутят те, у кого народ не задерживается.

 

– Ты сразу в хорошую попал?

 

– В хуже не бывает. Я сначала биофак окончил. Было это в 90-е годы. На первом курсе университета каждый преподаватель начинал свою лекцию со слов: «Ребятки, не ту профессию вы выбрали. Наука сейчас никому не нужна». Из нашей группы только один парень устроился микробиологом в центр репродуктивной медицины. Меня мама уговаривала пойти работать ботаником в сельскую школу, потому что деревенских учителей в армию не брали. Боялась за меня: тогда дедовщина процветала. А отец был в составе той геологической партии, которая в конце 80-х годов открыла Ванкорское месторождение.

 

Геологоразведка рассыпалась одной из первых под гнётом капитализма. А нефтепромысел как быстро свернули, так быстро и развернули, махом нашлись инвесторы на добычу чёрного золота. Отец прослышал, что один из геологов той партии первооткрывателей стал большим функционером в «Ванкорнефти». Съездил к нему, замолвил за меня слово. И пошёл я на курсы бурильщиков.

 

Через несколько месяцев вернулся я к этому дяде с корочками. Отец за это время скоропостижно скончался. Его бывший соратник пристроил меня к своему товарищу, который открывал фирму для бурения скважин. Вскоре я с такими же гонцами за длинным рублём был посажен в вертолёт и вывезен на точку.

 

Приземлившись, мы увидели груду металла вместо вышки да несколько избушек-зимушек, срубленных умельцами из того леса, который спилили, расчищая место под вышку. Фактически попал в разнорабочие. Несколько вахт отъездил, прежде чем приступили к бурению. В пересменки пробовал в другие фирмы перейти, наслышан был уже о тех, где более-менее платят и о рабочих лучше заботятся, но всё упиралось в отсутствие опыта. Вот и набирался его в этой шарашкиной конторе.

 

 

 

Люди и звери

 

 

ИВАНОВ рассказал, что иногда не только работать нечем было, но и запасы продовольствия забывали пополнять. Хорошо, что среди мужиков обязательно были любители рыбалки и охоты. Они привозили с собой снасти, ружья, патроны. Северные места богаты и рыбой, и зверем, и птицей перелётной. Вот и ходили ребята на промысел во время простоев.

 

В одну из голодных зим лося завалили. Такой здоровый был, что надолго мяса хватило. А печь хлеб – «мацу» – вахтовики приловчились из любой крупы, расплющив злаки и смешав их с водой. Готовили даже из сухого гороха, получались галеты с непонятным вкусом.

 

Рассказывая о том времени, когда нарабатывал опыт и повышал разряд, мужчина припомнил такой случай. В одном месте отбурили скважину, начали перебазировать её на другое место. Караулить покинутую площадку оставили добровольца. В планах у начальства было недели за две-три завершить переброску. Но что-то поменялось. Бросили и ту вышку, и сторожа. Перезимовал он в одиночестве, благо, продукты какие-то оставались, да охотой промышлял. Как весна пришла и половодье спало, он ружьё на плечо и пешком в Байкит. Месяц шёл, но добрался до конторы, а там ему говорят, что он уже за прогулы уволен. Рассказывал потом, что еле сдержался, чтобы в начальника оба ствола не разрядить.

 

А оружие в таких местах обязательно надо иметь. Те же хозяева тайги – медведи – настолько перестали бояться человеческого шума, что заходят в деревни и даже города. На территории Ачинска несколько лет назад двоих потапычей отстрелили. Одного хоть на окраинной улице в частном секторе, а второго – на территории бывшего военного городка. Считай, что в центре города.

 

А уж зайти мишкам «на огонёк» к нефтяникам – это и вовсе частое явление. Отпугивать такого гостя бесполезно: уйдёт, но обязательно вернётся, потому что страх потерял и обнаглел. Кто ему в такой момент в лапы угодит, уже не спасёшь.

 

Из Юриной вахты медведь задрал двоих парней, которые после ночной смены решили дойти до ближайшей речки и пару часов с удочками посидеть. Хватились, что время уже обеденное, а их нет. Отправились группой на поиск. Увидели, что парней медведь порвал. Одного уже под поваленное дерево «залабазил» на потом, а другого на солнышке подвяливает: этот зверь свежее мясо не ест, ждёт, когда от добычи душок пойдёт.

 

Охотников на крупного зверя в ту смену не было, вызывали из Байкита. Они завалили людоеда прямо с вертолёта. Один парень ещё жив был, но спасти его не удалось. С таким тяжёлым грузом на душе остальные дорабатывали вахту…

 

 

 

Для настоящих мужиков

 

 

– Я на красноярском севере лет восемь отработал. Сменил за это время четыре фирмы, – рассказывает Юрий. – Сейчас мне уже есть с чем сравнивать. Везде свои заморочки, но в Заполярье людьми не дорожат. Как-то заморозили целую бригаду из 22 человек. Отправили по зимнику «Урал»-вахтовку без сопровождения второй машины на другую точку, автомобиль сломался в тундре. Связь не берёт, нигде ни деревца, чтобы на дрова порубить. Жгли колёса, сиденья, вещи, потом и машину. Погибли все.

 

На их место других набрали. По городам и весям много мужиков, которые хотят обеспечивать семью, вот и кидаются на обещанную зарплату в 80-90 тысяч рублей за вахту. Не включают мозги, что из этой суммы высчитают подоходный налог, несколько тысяч за питание, и окажется в среднем тысяч по тридцать на семью. Если ты водитель, электрик или моторист, то твой заработок и того меньше, потому что не зависит от количества пробуренных метров.

 

Несколько лет назад нашего мастера пригласили в серьёзную фирму в Ханты-Мансийский округ. Вот он и забрал нас с собой. Мы к тому времени уже и разряды высокие получили, и опыта набрались. Могли заставить работать то, что ещё при советской власти износилось. Здесь мы знаем, за что трудимся. Съезжаемся на вахту из разных мест. Я из Ачинска три дня трачу на дорогу, столько же – на обратный путь. Есть мужики, которые из Краснодара летают.

 

Работа тяжёлая, а временами и очень грязная. В общем, для настоящих и выносливых мужиков. Конечно, хотелось бы трудиться рядом с домом, быть при семье, видеть, как дети растут, но спасибо судьбе, что тернистым путём мы всё-таки нашли своё место под солнцем, которое позволяет жить, а не выживать.

 

Тем, кто только ступает на вахтенный путь, Юрий советует терпеть и набираться опыта, чтобы стать ценным специалистом. Известный полководец сказал: чем тяжелее в учении, тем легче в бою. И в мирной жизни терпение и труд всё перетрут.

 

Наталия ЛЕОНИДОВА